4 декабря президенты Демократической Республики Конго (ДРК) и Руанды Феликс Чисекеди и Поль Кагаме подписали в Вашингтоне мирное соглашение. Они сделали это в присутствии президента США Дональда Трампа, который выступал посредником в процессе урегулирования. Официальное название документа — «Вашингтонские соглашения о мире и процветании». Церемония прошла в Институте мира США — это некоммерческая организация, которую в 1984 году основал Конгресс и которая поддерживает действия исполнительной власти по урегулированию конфликтов по всему миру. В тот же день Госдепартамент присвоил институту имя Дональда Трампа. На церемонии подписания также присутствовали лидеры Анголы, Бурунди, Кении и Того, вице-президент Уганды, председатель Африканского союза, а также главы МИД Катара и ОАЭ.
О чем договорились ДРК и Руанда
В декларации, которой сопровождается соглашение (Трамп также поставил под ней подпись), Чисекеди и Кагаме подтвердили «непоколебимую приверженность мирным отношениям, взаимному уважению и сотрудничеству» между двумя странами, и заявили, что будут вместе решать проблемы безопасности, содействовать экономической интеграции и безопасному возвращению беженцев, а также пообещали соблюдать Мирное соглашение, которое ДРК и Руанда подписали 27 июня 2025 года, и Декларацию принципов от 25 апреля 2025 года.
«Более 30 лет в Восточном Конго бушует один из самых страшных конфликтов на Земле… Сегодня мы добиваемся успеха там, где многие другие потерпели неудачу. И это уже восьмая война, которую мы завершили менее чем за год», — заявил Трамп на церемонии подписания. Чисекеди пообещал, что ДРК будет выполнять соглашение «со всей серьезностью, неукоснительно и с постоянным акцентом на мире, безопасности нашего народа, а также единстве и целостности нашей территории». Кагаме подчеркнул, что ни одно из посреднических усилий за 30 лет «не привело к решению коренных проблем». «Президент Трамп привнес новый, эффективный динамизм, создавший пространство для прорывов. Его подход беспристрастен и не предполагает принятия чьей-либо стороны», — заявил руандийский лидер и добавил: отныне его страна смотрит «только вперед, ожидая процветающего и стабильного будущего».
Президенты ДРК и Руанды также подписали документ под названием «Рамки региональной экономической интеграции» (Regional Economic Integration Framework — REIF) — «дорожную карту мира, безопасности и беспрецедентного экономического роста», в котором определены сферы экономического сотрудничества двух стран и его порядок. Вашингтон назвал REIF «новаторской двусторонней инициативой, которая раскрывает огромный экономический потенциал региона Великих озер [в Восточной Африке] и создает возможности для частного сектора США».
Штаты также подписали с каждой из стран отдельные документы:
о стратегическом партнерстве с ДРК, которое дает США доступ к минеральным ресурсам республики; меморандум с ДРК о взаимопонимании относительно расширенного партнерства в области безопасности; рамочное соглашение о сотрудничестве с Руандой для совместного экономического процветания.
Конфликт между двумя странами возобновился в 2022 году, когда повстанческое конголезское движение М23, которое утверждает, что действует в целях защиты тутси на востоке ДРК, обвинило власти этой республики в том, что они не выполняют обязательства по защите национального меньшинства от вооруженных группировок хуту. На востоке страны начались бои. В январе 2025 года М23 захватила Гому — столицу Северного Киву, крупнейший город на востоке ДРК. На этом фоне Киншаса заявила о разрыве отношений с Кигали.
Насколько устойчив достигнутый мир
США подключились к урегулированию конфликта между ДРК и Руандой после того, как в феврале 2025 года Чисекеди направил Трампу письмо, в котором предложил американцам доступ к полезным ископаемым республики (кобальт, литий, медь, тантал — большинство залежей находится на востоке, где идет конфликт) в обмен на «официальный пакт безопасности» в борьбе с М23. В ответ Вашингтон заявил, что готов инвестировать в богатый минералами восток республики. В марте начались контакты ДРК и США.
25 апреля ДРК и Руанда при посредничестве США подписали в Катаре Декларацию принципов, которая должна была подготовить почву для мирного соглашения, а 27 июня главы МИД ДРК и Руанды подписали его в Вашингтоне, оговорившись, что документ вступит в силу после того, как его одобрят лидеры двух стран. В нем говорится, что Киншаса и Кигали будут осуществлять взаимовыгодное партнерство с целью разработки природных ресурсов, создадут официальные и прозрачные цепочки создания добавленной стоимости от добычи до переработки с участием правительства США и американских инвесторов. 17 июля ДРК заключила соглашение о геологоразведке с американской компанией Kobold Metals.
Параллельно с этим в Катаре шли переговоры между властями ДРК и повстанцами М23. 19 июля они также подписали Декларацию принципов, которая предполагала, что мирное соглашение между ними будет подписано 18 августа в Дохе, однако к этому сроку о всеобъемлющем плане урегулирования стороны не договорились. Рамочное соглашение о мире они подписали 15 ноября, но бои продолжаются до сих пор: по данным Africa News, очередные столкновения между правительственными войсками и повстанцами произошли в Южном Киву 2 декабря.
Урегулирование в ДРК идет в рамках двух параллельных процессов — межгосударственного (Киншаса и Кигали в Вашингтоне) и внутригосударственного (Киншаса и группировки AFC/M23 в Дохе). «И если в Вашингтоне удалось что-то подписать, хотя и не от всего сердца, то на параллельном треке наблюдается застой, — сказал РБК африканист, автор телеграм-канала Zangaro Today Алексей Целунов. — Между сторонами столько разногласий, что говорить о каких-то общих позициях невозможно. Киншаса считает M23 иностранными интервентами и готова рассматривать только разоружение и деоккупацию в качестве условий дальнейшего разговора, к чему в M23 явно не готовы».
Документ же, подписанный в Вашингтоне, сулит сторонам определенные экономические выгоды и последовательность «неприятных обязательных действий», которые необходимы для получения этих выгод, продолжает эксперт: в частности, Киншаса должна разоружить «Демократические силы освобождения Руанды» (ДСОР — руандийская группировка повстанцев-хуту на востоке республики, которую Руанда считает угрозой национальной безопасности), а Киншаса — отменить некие «оборонительные меры» на востоке ДРК (вероятно, речь о выводе оттуда формирований М23, в которых могут состоять до 6 тыс. кадровых военных из Руанды). Оба требования выполнить сложно: у ДСОР налажены связи с местными силовиками, и разоружить группировку и репатриировать ее бойцов в Руанду для конголезских властей будет проблематично; та же проблема с М23, которая заявила, что она на востоке ДРК всерьез и надолго, отмечает Целунов.
«До мира на востоке ДРК, к сожалению, еще очень далеко, — заявил РБК директор Центра изучения Африки НИУ ВШЭ Андрей Маслов. — При заключении таких соглашений ключевое значение имеет, кто посредник. США стремятся сохранить влияние на политику Африки при меньших затратах на это влияние, перевести отношения на прагматичную основу долгосрочных сделок. И ДРК, и Руанда — важные партнеры США во всем регионе, одни из буквально трех-четырех ключевых».
По оценке эксперта, этот конфликт даже выгоден США, поскольку позволяет им сохранять влияние в регионе за счет посредничества. Технически 4 декабря стороны переподписали тот же документ, что был принят 27 июня, подчеркнул Маслов.
